Некоторые фотографы настолько суровы…

Да, иные фотографы суровы до такой степени, что готовы снимать голыми руками. Или, как минимум, почти голыми черепами. В крайнем случае - свернут себе камеру из туалетной бумаги. Иным же по душе ретро-шарм латуни, меди, бронзы и внушительность болтовых соединений. Вот, например, некто Говард Бойс склепал себе дальномерник. Уж не знаю, что за дальномер он использовал, а объектив - от винтажной кинокамеры 1920-30-х годов - Taylor Hobson Cooke Cinema Lens. И посмотрите (на фото в начале записи), какими кондовыми латунными скобами он, не побоюсь этого слова, прикован к корпусу. И эта шляпка винта на дальномере, и следы пайки… Нечеловеческая красота! И всё это на цайсовском штативе 1930-х годов. Узнать всё ⇝

Улыбнитесь! Сейчас вылезет нечто

Polaroid со своими монструозными коробками всё безысходнее отдыхает. Даже несмотря на то, что на днях пригласил на должность креативного директора модную певицу по прозвищу Lady Gaga. Ну кто будет таскать с собой этот грузовик с выхлопной трубой-видоискателем ради маленьких карточек сомнительного качества? Нет, конечно, есть романтики, но их всё меньше. Для чего сегодня могут понадобиться бумажные карточки? Разве что поиграться. А игрушка должна выглядеть как игрушка, а не как секретный военный объект, плохо замаскированный под комод с камином и двумя старыми телевизорами. Если уж свербит над сидением заиметь ради баловства или какого-нибудь вычурного контемпорари арта камеру, выплёвывающую готовые карточки, или ребёнку такую купить, следует обратить внимание на линейку Fujifilm Instax Mini. Вот, например, в начале этой записи изображена эдакая девочково-детская вариация Instax Mini 25 Hello Kitty. Оттуда, где на снимке торчит чёрная хрень, как раз должна вылезать фотография. Размеры устройства - 112 x 121 x 50,5 миллиметров. Вес - 375 граммов. Узнать всё ⇝

Мыльница со сменной оптикой

Как-то мы довольно долгое время не следили за серьёзными производителями фотокамер и оптики, сосредоточив внимание на всякой бесполезной, но прикольной фигне, и совершенно промухали интересную камеру Olympus E-P1 (PEN). А уже вышла Olympus E-P2 - типа, следующая модель. Чем же они интересны? А именно тем, о чём сказано в заголовке: это не зеркалки, но у них сменная оптика. То есть, за счёт укороченного байонета и отсутствия зеркала камера выходит достаточно компактной и лёгкой, но можно менять объективы. Правда, насколько мы поняли, это новый стандарт байонета (Micro 4/3), оптики под который в настоящий момент кот наплакал, а именно два родных олимпусовских M.Zuiko Digital (17-миллиметровый светлый фикс и зум 14-42 мм), пять панасониковых «люмиксов» (в общем - от семи до ста сорока миллиметров) и Leica DG Macro-elmarit 45мм. И всё. Но, наверное, люди, озабоченные тем, чтобы камера была маленькой и лёгкой, и не собираются цеплять к ней тяжеленный телевик.

А вообще, конечно, ретро такое ретро. Трогательное. В стиле старых олимпусов PEN 1959-1963 годов. Узнать всё ⇝

Компактная мыльница с безумным зумом

Это китайцы сделали. Оно фотографирует. Правда, надо понимать, что, когда вам за неполные сто тридцать североамериканских долларов предлагают цифровой аппарат с двадцатиоднократным оптическим зумом, глупо надеяться на то, что объектив будет светлым, а матрица дофигамегапиксельной. Производители шпионско-спортивной камеры Avatar (это они сами её так назвали, ага) и не скрывают, что пользоваться этой штукой лучше при ярком дневном свете. А мы бы добавили - при ярком дневном свете в полдень в Кении. При том дневном свете, что случается большую часть года в нашей горячолюбимой этой стране, вы с таким безумным телевиком увидите на снимке (максимальное разрешение которого - 2 мегапикселя) один только цифровой шум. Телевик, кстати, без моторчика. В смысле - автозума и автофокуса нет, надо крутить рукой. Узнать всё ⇝

3D-мыльница

В общем, глазастая хрень на картинке – это мыльница для создания псевдотрёхмерных изображений. Почему псевдо? Потому что, грубо говоря, с тылу к ним не зайдёшь. В камере два объектива (если можно так назвать пару махоньких окошек), один снимает чуть справа, другой чуть слева – ничего особенного. Но в итоге получается картиночка, похожая на то, что мы видим двумя своими собственными глазами, когда смотрим на объекты реальной действительности. Раскрывается, говорят, вся красота кадра. Не знаю. Не верю. То есть, у тех, у кого она на Смене-8м раскрывалась, раскроется, наверное, и с этой хреновиной (кстати, называется она Fujifilm FinePix Real 3D W1), а кто с нынешней своей многомегапиксельной мыльницей с мультиавтофокусом и смайлавтошотом, прости господи, невнятную чушь снимает, тот и с трёхмерной двухглазкой умнее и наблюдательнее не станет. Зато сможет почувствовать себя круче, сможет играться с новой прикольной забавной симпатичной коробочкой, носить её на себе как украшение. Демонстрировать снятые на трёхмерную мыльницу фотки чуваки из Fujifilm предлагают на специальной фоторамке Real 3D V1 разрешением всего-навсего 800 на 600 пикселей. Зачем при этом 10 мегапикселей в камере? Ну, наверное, можно будет эти стереографии и на компьютере смотреть с тридэшными очками. По крайней мере, хотелось бы в это верить. Узнать всё ⇝

Камера для очень большого телескопа?

Несколько дней назад многие гаджет-блоги рунета радостно перепечатали из англоязычных источников сообщение о «новой камере CCD200» (см. фото слева), способной делать полторы тысячи снимков в секунду при разрешении матрицы 240 х 240 пикселей. Камера эта (согласно иностранным новостникам, самая быстрая и самая чувствительная в мире) была разработана в Великобритании специально для VLT (Very Large Telescope). Наши так и попереводили - «для очень большого телескопа». Или даже - «для очень больших телескопов». Только без кавычек. И хоть бы кто поинтересовался, почему в новостных околонаучных изданиях использовано такое странное выражение или почему в сочетании Very Large Telescope все слова написаны с заглавных букв. Придётся Хреновине.net работать за всех. Итак, Very Large Telescope - это не просто какой попало очень большой телескоп и даже не класс телескопов определённых длины и диаметра, а вполне конкретное сооружение из четырёх больших оптических телескопов с зеркалами диаметром 8,2 метра (UT) и четырёх вспомогательных полутораметровых телескопов (AT) на горном плато Параналь в Чили, на высоте 2635 метров. Четыре главных телескопа VLT называются Анту, Куэен, Мелипал и Йепун (соответственно - Солнце, Луна, Южный Крест и Венера на языке араукана). Управляет VLT исследовательская программа «Европейская Южная обсерватория» (ESO; мы недавно писали об их транспортёре для радиотелескопов). Узнать всё ⇝

Новый Pentax для HDR-щиков

Что такое HDR? Если буквально, это «высокий динамический диапазон». Как бы, как в живом глазу. Живой глаз – вообще штука динамическая. Он смотрит на предмет и на ходу подстраивает чувствительность рецепторов, фокусирует зрачок и т.п. Фотоаппарат в классическом понимании – штука тупая и все настройки в нём статические. Для одного снимка, во всяком случае. Поэтому, если предмет съёмки освещён неравномерно, на снимке получаются затемнённые и/или пересвеченные участки, страдают детализация, цветопередача и всё в таком духе. Чтобы с этим бороться, делают специальные HDR-камеры, способные считать весь предмет съёмки, включая участки с «проблемным» освещением, и сохранить результаты в специальном формате. Беда, правда, в том, что адекватно отобразить на мониторе или, скажем, на бумаге то, что получилось, не вполне возможно. Потому что современным мониторам недоступны пока, к сожалению, некоторые значения освещённости. Яркость солнца, например. Про бумагу я вообще молчу. Но всё равно из описанного таким образом изображения можно выжать больше, чем из традиционного снимка. Как работают HDR-камеры? По-разному. Одинаково в них то, что более освещённые участки требуют, как правило, меньшего времени экспозиции (и/или чувствительности матрицы), а участки затемнённые – большего (и/или большей чувствительности матрицы). Чтобы адекватно описать с помощью современных технологий разные участки, надо экспонировать их с, грубо говоря, разными настройками. Есть камеры, которые для этого оборудованы несколькими комплексами объектив-затвор-матрица, т.е., по-сути, являются несколькими камерами. Все эти комплексы сфокусированы на одном объекте. Их преимущество в том, что в таких камерах экспозиция на матрицы с разными настройками чувствительности происходит одновременно (изображение потом описывается в одном файле специального формата) и, если предмет пошевелился, это не составляет проблемы. Проблему составляет другое – объективы такой камеры всё-таки находятся под углом друг к другу и фиксируют объект с несколько разных сторон. Величина эта пренебрежимо мала для большинства случаев, но всё-таки. Узнать всё ⇝

Камера-фетиш

Всем, кто хоть немного интересовался фотографией, известно, что многие камеры (как и любые иные инструменты, но сейчас речь о камерах) окружены мифами, дополнительной семантикой. Например: «Никон – это кэнон для бедных». Разделяющий этот миф человек будет фотографировать кэноном с особым чувством. Если же это будет не просто кэнон, а кэнон редкий, дорогой или уникальный, фотографу будет уже казаться, что он не просто выбирает кадр и нажимает на спуск, а священнодействует. А видели вы, как современный фотолюбитель берёт в руки, например, камеру «Москва-4»? Бывают очень сложные мифы, бывает, что только одна конкретная камера нагружена дополнительными значениями, в разной степени релевантными для разных людей. Например, камера «Смена-8м», которую ещё папа купил тебе чёрт знает когда, заряженная собственноручно нарезанной в темноте старинной плёнкой – из широких рулонов то ли рентгеновских, то ли для аэрофотосъемки, с неясной чувствительностью… Снимки, сделанные такой, нагруженной дополнительными значениями камерой, также приобретают дополнительное значение. Или вот, скажем, зачем в оптике к Sony QUALIA 016 сапфировые линзы? Всё затем же – ощущать, что ты снимаешь не через какое-то там стекло, а через драгоценный самоцвет. Дополнительные значения, семантика, мифы. И это вокруг фабричных камер. В основном даже вовсе вокруг серийных, которых в любом магазине на полках пруд пруди. Что уж говорить о вещах с собственным, уникальным мифом… В материале, посвященном фотографу Мирославу Тихому, мы недавно рассказывали, какое значение в глазах арт-критиков и коллекционеров приобрели снимки, сделанные камерами, собранными безумным человеком из мусора. Правда, Тихий вряд ли понимал, что делает. Отчего-то кажется, что будь у него тогда нормальная фабричная камера, он бы вполне обошёлся ею. А вот американец Уэйн Мартин Белгер (Wayne Martin Belger), нагружает свои камеры дополнительными значениями сознательно – он создаёт их из материалов, каждый из которых сам по себе миф. Каждая его камера – пир значений, концентрат мифов. Люди суеверные, пожалуй, побоялись бы взять такую камеру в руки или быть ею сфотографированными. И даже кое-кто из показных циников и скептиков, взглянув на такую камеру, тайком перекрестится и постарается поскорее выйти из кадра. Узнать всё ⇝

Тихий фотомусор

Раз уж у нас есть метка «Фото», мы не можем не рассказать о безумном фотографе Мирославе Тихом. Сейчас об этом многие уже не помнят, наверное, но классическая литература подарила нам универсальный образ Настоящего Художника. Этот Художник должен был быть нищим, голодным, непременно безумным и всё своё время и внимание отдавать единственной страсти – Искусству. Непременно с большой буквы. Причем, это персонаж в маске автора понимал, что речь идёт об Искусстве, а сам Настоящий Художник не тратил время на рефлексию в общепринятых пошлых терминах – он просто творил и творил как одержимый, каковым, по сути, и являлся. Наше время более либерально, даже анархично и не навязывает нам единственно верного образа. Сегодня настоящий художник – это, например, тот, кто хорошо продаётся, кого патронирует успешный галерист. Или настоящий художник – тот, кто выражает собственные чувства и эмоции в свободное от работы в офисе время. Человек, держащий нос по ветру и вовремя реагирующий тем или иным изобразительным рядом на финты социума, – тоже настоящий художник. Одержимый художник, живущий впроголодь и долбящий в одну точку мира, как дятел в кору, меньше интересует наше сытое время, но, тем не менее, за ним тоже оставлено право называться Настоящим. По меньшей мере, часть критиков непременно назовёт его так. Иные, правда, сойдутся на том, что речь всё же о маньяке и лузере. И третья часть заметит, что этот человек интересен не столько как художник, сколько как предмет искусства. Мирослав Тихий, о котором мы упомянули в начале этой записи, как раз такой – Настоящий Художник из прошлого, лузер и предмет искусства. На картинке в начале записи, если что, – его фотоаппарат. Узнать всё ⇝